[1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29]
[главная] [авторы]

 

К списку выпусков

Рязанские ведомости.1999. 14 октября. . 207. С.3.

Еще раз к вопросу о том, когда основан Ряжск, и об уровне грамотности одного "краеведа".
Ответ на статью "Когда основан Ряжск?" из выпуска 22 "Рязанской старины".

                       Горбунов Б.

Крепость "голландской системы".
История города Раненбурга в XVIII в.

                       Кусова И.

О нем известно пока немного...
Судьба участника восстания Черниговского полка И.П.Дмитриевского (ок. 1795 - ?).

                       Никитин А.

. "Он был любителем большим старины, которая им береглась и понималась".
Судьба историка и общественного деятеля, князя Н.С.Волконского (1848-1910). Продолжение выпуска 22 "Рязанской старины".

                       Толстов В.

Зубоврачебный музей.
Неудачная попытка создать зубоврачебный музей в Рязани в 1917 г.

                       Трибунский П.

 

Еще раз к вопросу о том, когда основан Ряжск, и об уровне грамотности одного "краеведа"

   В "Рязанских ведомостях" от 22 августа 2000 г. в выпуске 22 краеведческого раздела "Рязанская старина" помещена заметка А.О.Никитина "Когда основан Ряжск?", в которой автор в наставительно-поучительном тоне пытается опровергнуть основные положения двух моих работ: статья "К вопросу о времени основания города Ряжска" (Труды Рязанского исторического общества. Рязань, 1998. Вып.2. С.160-161) и главы "Основание города Ряжска" (История родного края: Ряжская земля. Учебное пособие по краеведению для учащихся старших классов. Рязань, 1997. С.30-32). Я счел необходимым ответить автору.

Укажем, прежде всего, на те явные ошибки и неточности, которые допустил в своем опусе А.О.Никитин.

Совершенно неверно утверждение А.О.Никитина о том, что "заметка (имеется в виду моя статья - Б.Г.) почти без изменений перекочевала в книгу "История родного края: Ряжская земля" (2-й абзац). Как видно из приведенных выше выходных данных обеих моих работ, книга издана в 1997 г., а статья - в 1998 г., и если что-то "перекочевало", то все произошло как раз в обратном порядке. Зачем А.О.Никитин передернул факты? Вероятно, для того, чтобы больнее "уколоть". [Cкорее всего, потому что ссылки на источники имеются лишь в статье. - Прим. ред.]

И в третьем абзаце своей статьи А.О.Никитин сознательно подтасовывает фактический материал. Да, верно, сообщение о том, что "На Пехлице Ватман город делает Михайла Иванов сын Колычов", и список воевод украинных городов, где отмечается, что "В Новом же городе на Пехлеце Брянском Михайла Иванов сын Колычов", находятся на одной, 165-й странице "Разрядной книги". Но никакого "недоумения", как считает А.О.Никитин, это вызвать не может. Дело в том, что известия эти разновременны: первая запись относится к сентябрю 7066 г. ("от сотворения мира"), а вторая - к июлю 7065 г. [Стоит все-таки пояснить, что по современному летоисчислению это один и тот же 1557 год. - Прим. ред.]. Хорошо известно, что воеводы, назначавшиеся в пограничные города в XVI веке, находились на своих должностях в зависимости от обстановки, которая на степном пограничье часто менялась из-за неожиданных набегов крымских татар и ногайцев, как правило, от нескольких месяцев до года ("годовали"). Очень редко воеводы находились на одном месте дольше этого срока. Поэтому нет ничего необычного в том, что М.И.Колычов был назначен сначала воеводой в "Новый город" на "Пехлеце Брянском", а затем переведен "на Пехлиц".

На то, что это не один и тот же географический объект, указывают все те же записи разрядных книг. Из них ясно, что в июле 7065 г. "на Пехлеце Брянском" этот "Новый город" уже существовал, а в сентябре 7066 г. "Ватман город" на "Пехлице" без прилагательного М.И.Колычов еще только "делает". Совершенно неслучайно автор записи в "Разрядной книге" под 7066 г. о "Пехлице" не говорит, что он "Брянский". Наши предки во всем, что относилось к пограничью были весьма точны, ибо промашка здесь могла стоить сотен жизней. И домысливать за автора "Разярядных книг", как это делает А.О.Никитин, по меньшей мере, некорректно.

Кстати, тот факт, что только после 7066 г. и не ранее этого срока в "Разрядной книге" появляются регулярные сообщения о назначении воевод в город Ряжск, является весьма веским аргументом, от которого А.О.Никитин, не найдя значимой аргументации, просто отмахивается, как от назойливой мухи в шестом абзаце своей заметки. В свете сказанного выше посылка А.О.Никитина - "сообщение об основании их родного города (Ряжска - Б.Г.) носит столь зашифрованный характер" (2-й абзац) - представляет явное преувеличение. "Зашифрованным" это известие может быть лишь для того, кто, взявшись за научный анализ специальной работы, не владеет элементарной исторической грамотностью. Все ошибки подобного рода проистекают из того, что А.О.Никитин не получил не только специально-исторического, но и высшего образования вообще. Но вернемся к фактам. Слово "ватман" (абзац 4-й) является редуцированным от от слова "ватаман". Такая редукция была вполне в норме написания в XVI-XVII вв. И это признает, судя по содержанию 4-го и 5-го абзацев своей заметки, сам А.О.Никитин. Но уж никак из фразы "На Пехлице Ватман город делает Михайла Иванов сын Колычов" не следует, что "М.И.Колычова разрядная книга обзывает атаманом". Здесь А.О.Никитин опять пускается "во все тяжкие" и поправляет маститых историков - члена-корреспондента АН СССР В.И.Буганова и академика М.Н.Тихомирова. Первый в составленном им географическом указателе к "Разрядной книге" прямо указывает, что "Ватман" - это город (с.601), второй же, осуществляя научную редакцию этого издания, согласился с трактовкой В.И.Буганова. Отметим, что поправлять покойных академиков, которые, в отличие от автора настоящей статьи, не могут ответить своему критику, некорректно и даже неприлично.

В пятом абзаце А.О.Никитин в стремлении навести критику "заехал" совсем не в ту сторону, утверждая, что "как правило, определение населенного пункта связывалась тогда с водным объектом, поэтому мы вправе увидеть в Пехлеце (Пехлице) название речки, а не "административно-территориальной единицы". На той же 165-й странице "Разрядной книги" достаточно примеров, опровергающих посылку А.О.Никитина. На этой странице в сообщении о назначении воевод фраза "на Пехлице" соседствует с аналогичными - "на Дедилове", "на Болхове", "на Михайлове", но здесь же: "в Пронску", "во Мценску", "в Путивле" и т.д. На странице 170 имеется известие о назначении воеводы: "На Резани князь Федор Сисеев". Как известно, город наш в середине XVI в. назывался "Переславль Резанский", а старая столица Рязанского княжества - "Старая Резань". И в приведенной записи о воеводе Федоре Сисееве, согласно географическому указателю, составленному В.И.Бугановым, может иметься в виду и сам город, и территория обширного Рязанского края (с.609). Следуя аналогии, которая здесь вполне допустима, во фразе "на Пехлице" с высокой степенью вероятности речь идет именно о Пехлецком стане как административно-территориальной единице. И уж точно нет никаких указаний в географическом указателе В.И.Буганова на речку Пехлец (Пехлиц). Но, как уже известно, поправлять академиков - хобби А.О.Никитина.

Как следует из изложенного выше, совершенно напрасно А.О.Никитин домысливает за меня о том, что я нечто "усмотрел", а также надувает щеки, глубокомысленно рассуждая о научном и ненаучном подходах, натяжках и работе "принципа Оккама". В седьмом абзаце А.О.Никитин зачем-то предполагает, что мне совершенно необходимо было "открытие". Да никакое это не открытие, господин А.О.Никитин, поскольку "Разрядная книга" опубликована в 1966 г. и внимательный читатель давно бы все это прочитал. А необходимо мне, господин А.О.Никитин, чтобы люди, претендующие на научное исследование истории, делали это на прочной базе систематического специального образования.

Вот и в восьмом абзаце опять неграмотно трактуется текст челобитной ряжских дворян и детей боярских, поданной в октябре 1648 г. Прежде всего о том, что в терминологии XVI в. слово "город", согласно академическому "Словарю русского языка XI-XVII вв." (М., 1977. Вып.4. С.90-91), имеет четыре варианта толкования, но ни в одном из них слово "город" не трактуется так, как это делает А.О.Никитин: "Понятие "город" в терминологии XVI века ... это военно-служилая и сословная корпорация: дворяне и дети боярские, испомещенные на землях, прилегающих к городу-крепости и составляющие в потенциале боевую единицу - служилый город" (8-й абзац). Но мы уже знаем, что поправлять академиков, теперь уже специалистов в древнерусской словесности, составляет навязчивое хобби А.О.Никитина.

В 9-м абзаце А.О.Никитин справедливо утверждает, что "без возможности укрываться при набеге за ее (крепости - Б.Г.) стенами и спасать свою семью новопоселенный помещик был, как голый среди волков". Но ведь и до времени возведения крепостных сооружений Ряжска в пределах Пехлецкого стана, возле его северных границ, существовала древняя крепость - возле бывшего села Толпино, на мысу правого коренного берега Прони. Археологи уверенно датируют время функционирования этой крепости XI-XIII и XIV-XVII вв. (Археологическая карта России. Рязанская область. М., 1996. Ч.3. С.19-20). Именно там, до возведения крепости Ряжск укрывались люди из окрестных селений при набегах конницы степняков и вопрос этот при должной исторической грамотности вовсе не "повисает в воздухе", как утверждает с доброй долей ехидства А.О.Никитин.

И та служилая дворянская корпорация, которая в 1648 г. именовала себя "ряжской", несомненно существовала на территории Пехлецкого стана и до времени строительства Ряжской крепости. На это совершенно определенно указывает и внимательное прочтение приведенного А.О.Никитиным текста самой челобитной: "...и Ряской мы, холопи твои, двожди ставили". Из этого фрагмента очевидно, что вначале сложилась дворянская корпорация, а затем была возведена крепость Ряжска. Следовательно, еще до основания Ряжской крепости дворяне, испомещенные на землях Пехлецкого стана, могли участвовать, и несомненно участвовали, в Казанском походе 1552 г. и других воинских предприятиях. С усилением влияния и передвижения границ Русского государства в XVI в. все дальше на юг, "Толпинская крепость" все в меньшей степени удовлетворяла государственным нуждам, вследствие чего в середине XVI в. было предпринято строительство Ряжской крепости и еще ряда крепостей на юге Рязанской земли.

Помимо крайне низкого уровня исторической грамотности в заметке А.О.Никитина поражает явная недоброжелательность к объекту критики, стремление в каждом абзаце поучать критикуемого в назидательно-ерническом тоне, что называется "уколоть". Учитывая это, я счел возможным, хотя более сдержанно и научно аргументированно, частично отплатить моему критику той же монетой, да простит меня читатель.

Отмечу в заключение, что составителю краеведческой страницы "Рязанских ведомостей" необходимо, на мой взгляд, тщательнее подбирать материалы для публикации и уж во всяком случае, не помещать заметки графоманов и полуграмотных (в историческом отношении) авторов. Это ведь тоже влияет на "лицо" газеты.

Борис Горбунов
доктор исторических наук,
профессор.

Прим. ред.: Мы без изменений помещаем текст Б.В.Горбунова, т.к. считаем, что он имеет право выбирать те аргументы и эпитеты, которые находит убедительными, хотя, признаемся, его заметка выбивается из общего стиля нашей полосы. Равно и его оппонента никто не лишает права ответить, если он сочтет это нужным. Что же касается совета Б.В.Горбунова "не помещать заметки графоманов и полуграмотных авторов", то это правило не просто соблюдается нами - оно лежит в основе концепции страницы "Рязанская старина".